В аграрном комитете Государственной Думы состоялся круглый стол «Законодательные аспекты развития и повышения эффективности перерабатывающих отраслей АПК». Сегодня в сокращении завершаем публикацию стенограммы выступлений участников.

 

Несмотря на принимаемые меры, ряд важных проблем системного характера, сдерживающих развитие отраслей пищевой и перерабатывающей промышленности, остается. Это отметили практически все выступающие.

 

 

Член Совета Федерации, заместитель председателя комитета агропродовольственной политики и природопользования Сергей Митин подчеркнул:

 

— Мы проанализировали 8 последних лет, оказалось, что темпы роста сельхозпродукции на 10 процентных пунктов превышают темпы роста пищевой продукции производства. И когда мы посмотрели технологию производства пищевых продуктов, эффективность ее производства, то получилось: из 6,5 тысячи наименований технологического оборудования наша промышленность выпускает около 2,5 тысяч. Остальное мы фактически закупаем. По некоторым отраслям, по таким, как молочное производство, мясопереработка до 94 процентов импорта доходит.

Понятно, что он дорогой. Понятно, сегодня на этом рынке присутствует Китай. И всё это в общем-то не может не сказаться на эффективности производства. В прошлом году произвели зерна 134 миллиона тонн, и уже возникла проблема с его реализацией. Хранить негде, перерабатывать не можем. Экспортируем сырую пшеницу. Поэтому Совет Федерации в феврале этого года своим постановлением создал временную комиссию по разработке законодательных мер по развитию отечественного машиностроения для пищевой перерабатывающей промышленности.

На сегодняшний день итогом этой работы уже явился проект «Стратегия развития машиностроения для пищевой перерабатывающей промышленности». Минпром её разработал. Отправил в правительство. Мы ждём, когда этот документ выйдет.

 

 

Замминистра с/х Краснодарского края Алексей Гедзь отметил:

 

— Много проблем с реализацией натуральной молочной продукции. Для их решения необходимо создать очевидные конкурентные преимущества перед той продукцией, которая сегодня натуральной не является. Этих преимуществ в настоящее время нет. И созданы они быть не могут, потому что заключение лабораторий, имеющих право лицензии на оценку, порой расходятся. Имеются в виду лаборатория КМВЛ (Краснодарская межобластная ветеринарная лаборатория) и лаборатория Роспотребнадзора.

Соответственно нет органа, который бы поставил определённо точку: да, исследования проведены, в продукции присутствует фальсификат или его нет.

Согласно данным Роспотребнадзора, большинство случаев выявления молочного фальсификата в 2016 году приходится на детские государственные учреждения, на лагеря.

При этом единственным критерием является предложенная цена. Сегодня законодательно определено, что качество может контролироваться заказчиком, но все мы понимаем, каковы возможности бюджета. И, соответственно, этот контроль за качеством крайне низок. Поэтому очень правильно было бы обязать заказчика предусмотреть в контракте проведение исследований продовольствия по требованию заказчика, но за счёт поставщика, определить перечень таких исследований. Сегодня это как бы наоборот.

Также в ситуации с фальсификатом сделать необходимым условием для поставщиков продовольствия для госмуниципальных нужд наличие на предприятиях, поставляющих продукцию, службы технологического контроля за качеством продукции…

 

 

Аркадий Гуревич, президент Российского союза мукомольных и крупяных предприятий разнес Минсельхоз России:

 

— Я представляю одну из наиболее депрессивных отраслей пищевой и перерабатывающей промышленности. Представитель нашего уважаемого Минсельхоза, выступая, отмечала, что в пищёвке средняя рентабельность 7-процентная. Так вот, устойчивая за последнее десятилетие рентабельность мукомольно-крупяной промышленности не превышала 0,5 процента.

В чём причина этой депрессивности? В том, что ни одной копейки уважаемое Министерство сельского хозяйства в соответствии с утверждённой им самим госпрограммой развития мукомольно-крупяной промышленности не выделяло. Скажем, на 2014-2016 год этой госпрограммой было предусмотрено выделение около 7 миллиардов рублей. Выделено было ровно 0. Эта отрасль, если она ещё и живёт, то только за счёт патриотов этой отрасли. Эта отрасль, в общем-то, с 1978 года, когда было принято постановление ЦК и Совмина, не «Единой Россией», вы сами понимаете, с тех пор никто ни одной государственной копейки в эту отрасль не вкладывал и не собирается вкладывать. Вот за то, что сейчас в 24-м приказе на модернизацию мукомольных предприятий обещают какие-то деньги выделить, мы уже шапку снимаем и Минсельхоз благодарим.

Я прошу законодателей: первое – нужно делать все для того, чтобы всё-таки кормить россиян не дерьмом, потому что 40 процентов муки производится неизвестно где, неизвестно кем и неизвестно из чего вообще. А что это такое – 40 процентов? По данным Росстата, в Российской Федерации производится 9,3 миллиона тонн муки. А на самом деле её производится в соответствии с нормами потребления не менее 15 миллионов тонн.

После того как ГХИ (Госхлебинспекция) ликвидировали, никто не хочет к этой проблеме обернуться. Есть технический регламент Таможенного союза о безопасности пищевой продукции, давайте включим предприятия мукомольной промышленности в перечень предприятий, которые должны в соответствии с этим регламентом контролироваться. Второй вопрос. Вот только что принято изменение, и опять же наш уважаемый представитель Минсельхоза с гордостью говорит, что льготное кредитование мукомолам предоставлено на закупку зерна. Да это профанация. Это дискриминация крестьян. Вы представляете, говорят, вот если ты в Питере купишь зерно в Сибири, то тебе дадут льготный кредит. А что, другие крестьяне в других регионах, они что, зерно не производят? У них закупать не надо зерно? А мукомолы закупают ни много, ни мало более 20 миллионов тонн зерна на разные назначения: на мукомольные и на крупяные. Законодатели должны поправить. Это абсолютно неквалифицированные люди в Минсельхозе принимали такое абсурдное решение… Президент сказал, что надо сибирякам помочь, и вот помогаем тем, что губим всех остальных крестьян.

Если не будет под Минсельхозом создан комитет или агентство по пищевой и перерабатывающей промышленности, то она, как была пасынком у Минсельхоза — у него сельскохозяйственных дел по горло — так и будет оставаться. Некому за нее радеть. В департаменте Минсельхоза нет ни одного человека, кто хоть раз в жизни был бы на мельнице. Они думают, что мельница — это жернова, что это ветряк. Это сложная промышленность, и Совмин в советские времена все оборонные министерства нацелил на выпуск оборудования для мукомольной крупяной промышленности по косыгинскому постановлению. А сейчас никто этим не занимается серьезно. Зерна навалом, ну, болтушку будем делать, наверное, зерновую. (Аплодисменты.)

 

 

Александр Сарапкин, глава «Амурагроцентра» рассказал:

 

— Мы построили новое производство, эффективное, крупное, с высокой технологией. Это глубокая переработка сои до получения изолята. В России таких производств нет. Завод новый. Он расположен на территории опережающего развития город Белогорск. Даже действующее предприятие наше, которое уже лет 20 работает в Благовещенске, возможно, мы будем закрывать. Почему? Потому что мы проигрываем в конкурентной борьбе нашим китайским партнерам и, возможно, какой-то части российских предприятий.

Предприятия переработки, наверное, будут включены, скажем так, в перечень предприятий, которые имеют право пользоваться короткими кредитами. Но здесь есть ряд проблем. Каких? Если Дальний Восток и Сибирь оценивать как другие регионы Российской Федерации, нам будет очень сложно конкурировать с нашими коллегами.

Мы везем свою продукцию не только на Дальний Восток, но и Сибирь, за 5-6 тысяч километров в Российскую Федерацию, потому что у нас нет рынка на Дальнем Востоке.

Мы должны иметь какие-то дополнительные условия. Иначе, смотрите, что получается, рынок локальный, то есть у нас до главных центров, где может продаваться наша продукция, это большие расстояния, до 10-15 процентов от стоимости продукции у нас составляет ЖД-тариф. В Китай мы не можем продать продукцию переработки. Китай не пускает ни шрот, ни белый лепесток.

Вот тут говорили про утку, ну, наверное, это была шутка, что мы, значит, сможем продать мясо утки или мясо, значит, свинины в Китай. Ну шансов немного. Так вот, мы на Дальнем Востоке зажаты, скажем так, рынками, у нас сложные условия, и вот если бы провести какой-то нормативный акт в рамках Минсельхоза, который позволил бы иметь хотя бы новым предприятиям, которые появляются сегодня на Дальнем Востоке, возможность получения этих коротких кредитов, потому что на сегодняшний день мы не имеем поддержки.

Область получила коротких кредитов за прошлый год 1 миллиард рублей. Это на 400 предприятий сельхозпроизводства мы намеренно ограничили лимит выдачи до 50 миллионов. Почему? Потому что должны были помочь фермерам, средним хозяйствам. Вся переработка и все крупные хозяйства сегодня не имеют вообще государственной поддержки никакой. Почему? Потому что у Минсельхоза существует своя методика, по которой мы не проходим.

Все решения, касающиеся тарифной политики, нужно объективно оценивать, и значит, ориентироваться в том числе на дальневосточный и сибирский регионы.

…В Резолюции круглого стола аграрного комитета Госдумы даны рекомендации Правительству РФ, профильным федеральным органам исполнительной власти, Госдуме, органам государственной власти субъектов РФ по решению проблем. Надеемся, они не останутся без внимания и перерабатывающие предприятия получат свежее дыхание.

 

Источник: Крестьянские ведомости